Между Ла-Пасом, крупнейшим мегаполисом Боливии, и городом Коройко

Отдых на природе

ДОРОГА СМЕРТИ

40-километровый участок дороги между Ла-Пасом, крупнейшим мегаполисом Боливии, и городом Коройко носит название El Camino de la Muerte — Дорога смерти.

Это имя дано не для красного словца — еще недавно здесь ежегодно погибало 200-300 человек. Сегодня серпантин с грунтовым покрытием, постоянно размываемый потоками воды, превратился в Мекку для велосипедистов-экстремалов, желающих проверить свои силы в поединке со смертью.

«Если вы доедете до конца по Дороге смерти, то попадете в тропики, вам нужна прививка от желтой лихорадки», — девушка, выдававшая паспорта с визами в боливийском посольстве, была предупредительна.

Это единственная опасность, подстерегающая на нашем пути? «Нет, просто вы можете умереть», — очаровательно улыбнулась она.

Несмотря на предостережение, в путешествии по Перу и Боливии Дорога смерти для нас стояла обязательным пунктом — наряду с Мачу-Пикчу и озером Титикака. В 2006 году в обход самого опасного участка El Camino de la Muerte была открыта новая дорога, но движение транспорта по Дороге смерти официально не запрещено, хотя сегодня основной трафик здесь обеспечивают именно велосипедисты: любое туристическое агентство в Ла-Пасе продает жаждущим острых ощущений иностранцам велосипедные туры.

Цена вопроса — от 50 до 100 долларов США, в зависимости от велосипеда.

Перед тем как отправиться на перевал Ла-Кумбре-дель-Кристо на высоте почти 4600 метров, откуда начинается тур по Дороге смерти, мы случайно оказались на колдовском рынке среди волшебных талисманов, засушенных эмбрионов лам и склянок с насекомыми и травами, дарующими мужскую силу, удачу и долголетие.

Настоящая дикая эклектика. «Интересно, тут есть амулет для прохождения Дороги смерти? — мой друг Александр никогда не был суеверным человеком, однако предстоящий спуск на велосипедах по одной из опаснейших трасс в мире может посеять сомнения в душе самого убежденного материалиста.

— Надеюсь, что завтра Пачамама не вздумает обильно орошать горные склоны». Пачамама — местная богиня плодородия. Весьма почитаемая особа, в честь которой назван магазин эзотерической продукции на рынке.

И хотя нынешние боливийцы — гораздо более рьяные католики, чем испанцы, привившие им христианские традиции, в здешней повседневности все еще есть место суевериям.

Вспоминаю шахтеров в Потоси, которые перед каждым спуском в забой проводят ритуальные задабривания локального божества подземного мира по имени Эль-Тио, угощая его спиртом и сигаретами, чтобы он не устраивал им землетрясения и обвалы.

ПОДАВИТЬ СТРАХ

Рано утром за нами заезжает микроавтобус с велосипедами на крыше — словно из какой-нибудь гоночной команды «Тур де Франс» 70-х годов. К нам присоединяются двое отчаянных парней из Германии и девушка из Колумбии, чтобы мы не воображали, будто велогонки со смертью — исключительно мужская прерогатива.

По пути небрежно подписываем бумаги, где в случае несчастья берем всю ответственность на себя.

На перевале получаем экипировку: перчатки, футболку, жилет, штаны и внушительный шлем, будто у гонщиков «Формулы-1».

Вряд ли он спасет от падения в 600-метровую пропасть. Скорее, это всего лишь атрибут для психологической уверенности.

Хотя те, кто сознательно приезжает сюда, вряд ли испытывают с ней проблемы. Гид Хорхе советует освоиться с гидравлическими тормозами и сильно на них не нажимать.

Он владеет только родным испанским и напутствует нас по-английски несколькими заученными фразами, общий смысл которых заключается в том, чтобы «быть осторожными, не падать с велосипеда и смотреть по сторонам».

Я уже подписал бумагу, в которой прошу никого не винить в моей смерти, поэтому могу позволить себе пошутить с попутчиком по-русски по поводу спича симпатяги Хорхе, который катается по этой дороге почти каждый день и выглядит вполне живым и здоровым.

На старте кое-где лежит снег, холодно даже в куртке. Особенно когда разгоняешься и дует сильный встречный ветер. Дорога пока нисколько не напоминает смертельную, несмотря на уклон.

Обычное шоссе с качественным асфальтовым покрытием, по которому проносятся легковушки и фуры. Впереди туннель — въезд в него велосипедистам запрещен. «Боевое крещение» проходит на объездной тропе с лужами и булыжниками.

Руль пытается вырваться из рук и ходит из стороны в сторону, будто я держу быка за рога на родео. Чтобы немного его укротить, нужно подавить инстинктивный страх и увеличить скорость.

Ход становится более плавным, если можно так назвать постоянные вихляния и подпрыгивания велосипеда. После туннеля садимся в автобус и преодолеваем небольшой подъем, хотя я с удовольствием бы покрутил педали для разогрева мышц.

Хорхе отдает список с нашими именами на полицейском кордоне. «Надеюсь, мы не впишем себя в новую главу «Книги мертвых», — мрачно иронизирует Александр.

Что такое Дорога смерти в реальности? 40 километров потрясающих пейзажей и запутанного серпантина с грунтовым покрытием, на некоторых участках смоченного водой до состояния скользкой жижи, щедро посыпанной камнями, которые автоматными очередями вылетают из-под колес.

Окружающие красоты мы видим только на редких остановках. Остальное время, скатываясь на скорости, доходящей иногда до 50 километров в час, смотрим вперед, чтобы не налететь на большой булыжник, жмем на тормоза до визга резины и стараемся не сорваться в бездну, от которой нас отделяют десятки сантиметров и какие-то редкие кусты.

На плановом привале у смотровой площадки капитан Хорхе призывает не устраивать соревнования в скорости и придерживаться левой стороны, если кто-нибудь поедет навстречу.

Это означает, что если нам попадется грузовик, чтобы не оказаться под его колесами, нужно прижаться к самому краю пропасти. Нам повезло — мы встретили лишь трех мотоциклистов, грузовик и два автобуса.

Для велосипедистов ширина полотна кажется вполне приемлемой: после пары десятков километров по грязи и камням вы привыкаете к скоростному слалому и рискованным поворотам, а первоначальная осторожность отступает куда-то в глубины подсознания.

Но очень сложно представить, как на трехметровой полоске рыхлого грунта у отвесных скал разъезжаются два автобуса или даже легковых автомобиля.

А ведь до недавнего времени они это делали регулярно, ибо иного маршрута из провинции Южный Юнгас в Ла-Пас попросту не было.

Примерно в середине пути нас поджидает водопад Сан-Хуан, низвергающийся прямо на дорогу. Конечно, ему далеко до мощи Ниагары или Виктории, но в пик сезона дождей он вполне в силах смыть с дороги грузовик. В памяти всплывает эпизод программы Top Gear:

Джереми Кларксон именно в этом месте вскрикивает: «О господи!» Он ехал в джипе и испугался отнюдь не водопада, который его даже не намочил, а следующего поворота.

Правда, в Перу есть похожая дорога — грунтовый участок от гидроэлектростанции рядом с Ма-чу-Пикчу до шоссе, ведущего в Куско. Едешь на микроавтобусе, а буквально в 30 сантиметрах от колес зияет провал.

Местные водители без страха мчатся по этим участкам и наверняка бы выиграли у профессиональных гонщиков, если бы в горах Перу проходили этапы Кубка мира по ралли. Так что Джереми немного переигрывал на камеру.

Между Ла-Пасом

ФИНАЛЬНЫЙ РЫВОК

По мере спуска становится все жарче. Куртка и жилет давно лежат в сопровождающем минивэне, который плетется сзади. Спортивный азарт играет со мной злую шутку — я забываю о предосторожности и мчусь вниз в темпе Хорхе прямо за ним.

И конечно же, теряю бдительность. Пытаясь объехать груду камней, сильно перетормаживаю и… вижу около своего носа мясистую лилово-зеленую гусеницу, неспешно ползущую по своим делам.

Вряд ли бы я обратил внимание на это энтомологическое чудо, если бы так удачно не упал поблизости.

Быстро встаю, отряхиваюсь, вскакиваю в седло, ибо спина Хорхе уже скрывается за очередным поворотом — он даже и не заметил моего отсутствия у себя на заднем колесе.

Успеваю нагнать Хорхе до предпоследней остановки и потешить самолюбие — все остальные прибыли еще позже. У меня ничего не болит, но расцарапана вся правая рука — в пылу гонки я и не заметил такой мелочи.

Молодой немец показывает раны на ноге — он тоже где-то потерял равновесие. Колумбийка жалуется, что у нее сильно болят руки.

Последним, вслед за девушкой, зато почти чистый и не травмированный, приезжает мой друг на новом велосипеде. «Представляешь, у меня отказал правый тормоз. Хорошо, что я никуда не торопился.

Взамен мне дали самый хороший запасной велосипед. Круче, чем у нашего гида. Ого, а что у тебя с рукой?» — «Не сумел справиться с мальчишескими комплексами и гидравлическими тормозами».

К нам подходит водитель минивэна, добродушно похлопывает меня по неокровавленному плечу и протягивает пузырьки с перекисью водорода, йодом и ватой.

Заливаю руку перекисью, отдаю немцу, и он проделывает то же самое со своей ногой. А потом как ни в чем не бывало мы снова садимся на велосипеды, чтобы сделать последний рывок.

Мы спускаемся в настоящие джунгли. И это всего лишь за несколько часов от границы снегов. Перепад высот — больше трех километров.

Подобный спектр высотной поясности во всей его полноте можно наблюдать разве что в Гималаях, а за такое короткое время на велосипеде — пожалуй, только тут, на Дороге смерти.

Этот маршрут останется у вас в памяти не только как коктейль из красоты и опасности, но и как экскурсия по всем климатическим зонам Боливии.

Заодно можете ознакомиться с флорой и фауной. Но, если честно, лучше не считать кондоров в небе или гусениц на обочине, а быть внимательным.

В финале пути — еще один полицейский кордон, где Хорхе докладывает, что все вверенные ему туристы живы, хоть и не совсем здоровы.

Пока гид сдает письменные отчеты, ко мне подходит юная, лет восьми, любительница велоспорта и, мило улыбаясь, беззастенчиво лезет на велосипед, который ей явно на вырост.

Нам надо ехать дальше, но девчушка не реагирует на мои слова, продолжая крутить педали. На помощь приходит наш водитель, я жму будущей победительнице горных веломногодневок перепачканную руку и прощаюсь: «Чао!»

На десерт нам достается переправа через ручей. Девочке, скорее всего, пришлось бы в нем искупаться вместе с велосипедом, а я лишь слегка промочил ноги, разогнавшись как следует.

Когда все преодолевают водную преграду и, довольные собой, снимают шлемы, Хорхе поздравляет каждого и вручает на память футболки с надписью «Я проехал по Дороге смерти и остался жив».

Вполне в духе античных мифов, когда редким героям удавалось спуститься в Аид и выйти обратно. А теперь и мы можем говорить об этом почти всерьез.