Галапагосские острова

Древний ландшафт и редкие обитатели Галапагосских островов предлагают посетителям уникальный взгляд на природный мир. Вы никогда не забудете эту впечатляющую поездку, — говорит Горацио Клэр.

Мы летим на Галапагоссы в облаках на противоположной стороне мира, выглядывая в окна, чтобы хотя бы краешком глаза увидеть, что нас ждет. В океане под нами сходятся пять могучих течений. В точке их слияния образовался архипелаг из вулканов – могучих гигантов, поднимающихся из глубин Тихого океана. Их вершины пробиваются через воды для того, чтобы сформировать созвездие островов.

Вот, там! Через проблески в облаках мы видим Рим, Иерусалим и Мекку для науки. В этом месте один из путешественников написал: «Кажется, нам посчастливилось стать немного ближе к удивительному факту – тайне тайн – первому появлению новых существ на этой земле».

Участок суши – остров Бальтра, выглядит словно коричневые обломки в удивительно синем море. А тем путешественником был Чарльз Дарвин, а это – Галапагосы, и они бросают вам вызов с первых же секунд.

Галапагосские острова - Экваддор

Позже мы стояли, изумленные, на причале в Пуэрто Айора, приехав на остров Санта Круз на пароме, а затем на автомобиле добравшись до города. Разговоры затихли: мы не знаем, что делать дальше. Мы уже ездили смотреть на Одинокого Джорджа – известную древнюю гигантскую черепаху, последнюю в своем роде. Одинокий? Он живет в компании пяти самок (хотя и разных видов), и может принимать так много человеческих гостей, как он хочет. Пуэрто Айора также удивила нас. Несмотря на то, что здесь много необитаемых островов,  Галапагосы могут похвастаться населением в 25 тысяч человек. Мы не ожидаем найти здесь бары, рестораны и сувениры. Так чего же нам ожидать? Природы, которой мы еще никогда не видели? Связи с необычным, возможно, даже трансцендентным? Терпение: все это еще будет.

Галапагосские острова

Приключения начинаются уже на на нашей яхте, «M/Y Galapagos Grand Odyssey» (или Доменике, как называет ее наша команда), которая, покачиваясь, стоит на якоре. Это сама последняя лодка класса люкс, получившая лицензию на Галапагосах – и она, безусловно, представляет собой воплощение роскоши, предлагая море пространства для своих клиентов. Нас приветствует Ксави Кабрера: бармен, стюард и вообще самый лучший человек в мире, который когда-либо делал коктейли.

— Мы начинаем наше плаванье ровно в полночь, — объявляет наш гид, Фабрисио Карбо. — Когда вы услышите рев мотора – примите одну таблетку.  Снотворные таблетки здесь можно найти рядом с шоколадками, предлагаемыми гостям. Я отказываюсь: «Никогда». Галапагосы были убежищем пиратов (один из их кладов был найден прямо на главной улице порта) – разве они спали во время своего первого плавания? А китобои? (Их здесь сотни. Герман Мелвилл проходил мимо островов на своем «Pequod», охотясь на Моби Дика). Поэтому  ровно в полночь я просыпаюсь от лязга якорной цепи, и мы отправляемся на остров Изабела. Вокруг полной луны видна громадная полутень, как будто этот серебряный диск – это свет в конце небесного микроскопа, через который кто-то смотрит на этот отдаленный мирок. С грохотом якоря приходит рассвет.

Небо заливается пурпурным цветом: вулкан Сьерра Негра мрачно маячит перед нами; ветер разбрызгивает прохладные капли дождя. Это граница между теплым и влажным сезоном (первая половина года) и холодным и сухим периодом. Холодные течения, высокие горы и экваториальное солнце вместе дают захватывающий эффект, образуя гаруа – галапагосский туман, который окутывает туманы и берега так, что видимость понижается всего до нескольких узлов. Небо над нами светлеет и появляется радуга, верхушка которой также скрыта в тумане.

Маленькое поселение Пуэрто Вильямиль скрывается между пальмами. Островки лавы заселены птицами: голубоногих олуш и коричневых пеликанов, которые проносятся над нами к берегу. Здесь же можно увидеть и последних пиратов – фрегатов, птиц с мощными крыльями, клювом и хвостом – может показаться, что маленькие корсары захватили эскадрон. Мы погружаемся на пангас (на Доменике две таких лодки с подвесными моторами) и сходим на Ислоте Тинторерас, где и начинаются наши приключения на этой неделе.

Поразительный Национальный парк Галапагос занимает около 7500 квадратных километров, однако для посетителей открыт только один процент. Вы сходите в специальных точках, и прогуливаетесь по дорожкам. На цыпочках вы проходите по новым образованиям: западные острова, такие, как Фернандина, геологически можно считать младенцами. Группы ограничены до 16 человек, каждая – в сопровождении гида, который не раз напомнит вам о том, что отрываться от группы не стоит. Идея в том, чтобы превратить вас в один многоногий организм и уменьшить риск нанесения им вреда окружающей среде.

Тинторерас – это поля базальтовой лавы, украшенных лишайниками, орошенными гаруа, и окаймленных яркими мангровыми заростями. В глубоких водах под нами спят рифовые акулы.

Время от времени кто-то восклицает: «Ой!» и отскакивает в сторону, наткнувшись на неподвижных игуан, сидящих в засаде. Вы смотрите вниз, и то, что вы приняли за лаву, тоже смотрит на вас. Морские игуаны ведут нелегкую жизнь: сначала они устраиваются на солнце со своими друзьями, пока оно не нагреет их, и пока не начнется отлив. После этого они отправляются поесть водорослей. Вода охлаждает этих странных существ, поэтому они снова должны принять солнечную ванну и подождать, пока переварится пища. Морские игуаны очень забавляли писателя Курта Воннегута: «Они словно сотейники – нагреваются все больше и больше, пока солнце поджаривает водоросли. Они продолжают смотреть вдаль, в никуда, как до этого, однако с той лишь разницей, что сейчас они срыгивают более горячей морской водой, — писал он».

Предки игуан подарили своим потомкам это путешествие, отважившись на опасное путешествие. Все эндемики острова происходят от кого-то или чего-то, что проделало путь из Южной Америки: неважно, прилетело ли, приплыло или их просто принесло течением (как раньше думали о черепахах). В случае с предками игуан, лавовой ящерицы и галапагосской мыши, это заняло около 15 дней при условии идеального течения и «плота» из растительности. Сюда попали и два крупных вида млекопитающих: морские котики из Перу и морские львы из Калифорнии. Их галапагосские потомки уже являются эндемиками. Колония последних разлеглась на пляже, и трудно представить себе более умиляющей сцены. Морские львы, кажется, специально демонстрируют свою неуклюжесть на земле – качаются, потягиваются и обнимаются.

Галапагосский пингвин плюхается в воду, словно толстый дайвер. Возле дока в Пуэрто Вильямил морской лев и пингвин гоняют косяк рыбы. Странно, но сейчас они невероятно ловкие и быстрые – крутятся и вращаются, хватают и охотятся, пингвин и вовсе так изящен, как ласточка. Немного дальше мы видим фламинго. «Видите, здесь можно увидеть птицу из Антарктики и птицу из тропических широт одновременно. Это невероятно», -говорит Карбо.

Но с продолжением нашего путешествия «невероятно» становится преуменьшением. Плавание ночью дарит нам неземные утра, как в Пунта Морено, где мы прогуливались среди вулканов, выступающих из воды, темных, словно киты. Мы видели лаву, которая застыла в виде зубцов; вулканы Альцедо, Дарвин и Вольф могут похвастаться собственной популяцией гигантских черепах. Будучи потомками общего предка, они не встречались на протяжении веков – ведь у них нет никакого шанса перейти через эти преграды с панцирем на спине. Подножье Галапагосов – темного цвета, как лавовые кактусы, удивляющие нас коричневым, черным и золотым цветами – благодаря им малиновые крабы Салли Лайтфут и невероятная зелень мангровых лесов и мансанильо кажутся еще ярче (мансанильо – это ядовитое яблоко, которое четко указывает на место человека на этих островах. Даже малейший контакт с ним токсичен для человека, а вот черепахи находят их вполне питательными).

Стоя на окаменевших полях пахойхоя, с фрегатами, похожими на птеродактилей, проносящимися над вами, вы чувствуете себя путешественником во времени, попавшим в доисторические времена. Встретить здесь относительно новые и эндемические виды, среди которых и нелетающий баклан – это прекрасный шанс посмотреть на эволюцию, как на ее продолжительность, так и изменчивость. Бакланы перестали летать потому, что в воздухе летало слишком много фрегатов, а на земле не было хищников. Мы ныряли вместе с ними. Брюс Корман, доктор из Майами, который взял с собой в это путешествие всю семью, наблюдает за тем, как один из бакланов ныряет, достает рыбу из глубин, вырывается на поверхность и съедает ее «прямо передо мной!». Брюс покачивает головой.

Снорклинг – это прекрасный способ понаблюдать за птицами, не только потому, что олуши и пеликаны плещутся вокруг тебя, но и потому, что вы можете плавать рядом с их добычей. Вы изучаете лавовых чаек – самых редких чаек в мире, с расстояния в два фута, заглядываете бакланам в их глаза сапфирового цвета, и натыкаетесь на взгляд лимонно-желтых глаз олуши, который отбивает у вас все желание посмеяться над его ярко-голубыми лапами.

Сыновья Брюса, Сэм и Макс, увидели молодого морского льва. «Он был там, — говорит Макс. – Переворачивался и плыл прямо ко мне. Я не знаю, может, он хотел поиграться? Откуда мне знать? И я не успел его сфотографировать, поэтому мне никто не верит». Его сестра Ханна видела подводный парад проворных дельфинов. Микаел, самый младший из семьи Кинго из Торонто, видел акулу, длиной, правда, всего шесть дюймов. И каждый из нас имел удовольствие поплавать с тихоокеанскими зелеными черепахами.

Вода достаточно холодная. Вы не знаете, в какую сторону смотреть, чтобы разглядеть всех рыбок, однако вдруг появляются быстрые золотисто-зеленые черепахи. Они просто излучают ловкость и величественность больших травоядных: плавание с морскими черепахами, как и наблюдение за бегемотами или гиппопотамами, восторгает и пугает одновременно. Я успел уступить дорогу одной из них, и она сразу же уплыла. Вы понимаете, что вы всего лишь чужак, и, очевидно, безобидный, поэтому если вы не собираетесь перекусить вот за тем рифом – вы еще и глупец. Считается, что черепахи живут до 80 лет. А сколько живут гигантские черепахи, кто знает? Они переживают своих исследователей, поскольку точно живут больше века. Время и жизнь здесь не похожи на время и жизнь в других уголках нашей планеты.

Мы петляем по каналу Боливар между Изабелой и Фернандиной. На Изабеле мы отправляемся в залив Элизаветы, пытаясь разыскать скатов манта среди мангровых зарослей (черепах здесь множество, а скатов нет), и на мыс Тагус – некогда излюбленное местечко пиратов. Мы бросаем якорь возле Пунта Эспиноза на Фернандине: это мир вулканов – дикий, полон эндемических видов и до сих пор опасный. Ночью мы видим такие звезды, каких не видели никогда в жизни: с одной стороны – Южный Крест, с другой – Большая Медведица, а над головой – созвездие Скорпиона. Над Изабелой поднимается луна, заливая лавовую долину между Альцедо и Дарвином оранжево-золотым сиянием. Фотограф, Барри Льюис, который видит то же, что и все, кажется, потерял дар речи: даже его камеры не могут запечатлеть эту красоту. «Как можно описать что-то подобное? – бормочет он. – Нам невероятно повезло, что мы можем это увидеть?».

«А зачем им ирокезы?» — спрашивает Макс, изучая застывшую перед ним игуану. Карбо объясняет, что зубчатый гребень животного – это пережиток эволюции: когда-то у предков игуан шипы были намного больше, и использовались для защиты: а у их потомков, скорее всего, их уже не будет. Мы наблюдаем за небольшой драмой естественного отбора: молодой морской лев пытается достать двух дремлющих самок. Они терпят его приставания до тех пор, пока из воды не появляется доминантный самец, и тогда юный нарушитель покоя исчезает под лязг зубов и визги взбесившихся самок.

«Разве это не похоже на рай? – восклицает Лизетт Кинго, мать Микаеля, которая плывет за лодкой. – Море, вулкан! Это рай».

Наши дневные приключения, наверное, можно назвать лучшими моментами этой поездки. Мы переплываем экватор, наблюдая за необычайным географическим разнообразием: пирамидальные солнечные лучи играют на вулкане Эквадора, вот и валлийский хребет, рядом – шотландский верещатник, это похоже на Фолклендские острова, это – на Эверглейдс, а яркий залив, который мы оставили за нами, похож на южнотихоокеанский, несмотря на то, что прямо перед нами – север. Доменику преследуют галапагосские качурки и качурки Элиота, и в пенном следе на водной глади танцуют черные овсянки. Прямо по курсу морской лев терзает добычу.

«Кит! Кит!». И правда, киты – два горбатых кита плывут с двух сторон канала. Ближайший к нам кажется темной полосой в водной глубине. Эти животные всегда страдали больше других, их размер и уязвимость лишь напоминают о том, каким жестоким было обращение человека к этим гигантам.

Человечество убило десятки тысяч морских котиков, черепах и китов, однако сейчас Галапагосский морской заповедник охватывает 133 000 квадратных километров океана, в которых вас окружает поразительное богатство природной жизни здесь. Стая дельфинов проносится мимо нас; скаты-манты будоражат волны, выпрыгивая на поверхность и купаясь в брызгах. Некоторые из них выпрыгивают друг за другом, некоторые любуются перед партнерами. На берегу олуши ухаживают за самками, развлекая их танцами, а самцы-фрегаты демонстрируют алые горловые мешки, чтобы привлечь самок: здесь можно наяву увидеть воплощение в жизнь законов выживания и размножения самых выносливых и сильных.

Видео о Галапагосских островах

Вам не нужно отправляться на другой конец мира для того, чтобы увидеть дарвиновское чудо из чудес. Не нужно соглашаться на одиссею, как сделали мы, прибыв из Мадрида в Кито, столицу Эквадора, где мы расположились в роскошном отеле «Plaza Grande» и рассматривали позолоченные шедевры испанского барокко в церкви Ла Компания де Хесус.  Вам не обязательно посещать экваториальные парки в Митад дель Мундо, с их гигантскими жуками и маленькими людьми, для того, чтобы убедиться, что жизнь этой планеты на самом деле намного удивительнее, чем могло бы предположить ваше воображение.

Роман Воннегута «Галапагосы» решает проблему человечества уничтожением «злодея его рассказа – слишком развитого человеческого мозга» и сделать нашими потомками тюленей-гуманоидов. Мы видели морских котиков, спящих в расселинах лавового туфа на острове Сантьяго. Эволюция наградила их густой шерстью и большими глазами, которые помогают им охотиться ночью. Было жарко и они прятались в скалах, напоминая гигантские анемоны. Галапагосские острова — это не тронутая природа и животные.

«Можно нам с ними поплавать? Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!» — умолял юный Микаел Кинго. Он обожал их и морских львов.

«Когда-то мы разрешали, — ответил Фабрисио с сожалением, не желая разочаровывать клиентов, — однако им нужно спать днем». Поэтому мы решили не тревожить их.

Галапагосы преподносят суровые уроки. Существование здесь настолько хрупко, насколько и удивительно, и выживание самых выносливых означает вымиранием слабых. Однако вызов, который бросают эти острова, ясен: они просят нас быть выше других животных, и не ставить один вид выше остальных, быть садоводами этого Эдема, и превратить наш мозг в героя, а не злодея, этого романа.

Как добираться до Галапагосов:

Автор статьи и фотограф заказали тур, организованный «Bales Worldwide», Путешествие на яхте происходило под эгидой круизной компании «Galapagos Odyssey».  (10-дневная поездка включала три ночи в Кито в отеле «Hotel Grande Plaza», четыре ночи на борту «M/Y Galapagos Grand Odyssey» (по концепции «все включено», одна ночь в Гуаякиле в отеле  «Hotel Oro Verde»,  перелеты, трансферы и экскурсии в сопровождении гида, стоимость – 4495 фунтов с человека.

Где остановиться по дороге на Галапагосские острова:

Большинство экскурсий на Галапагосы проходят с пересадкой в Кито или Гуаякиле. В Кито отличной базой для исследования стоилцы Эквадора может стать отель «Hotel Grande Plaza». Поиск и бронирование отелей в Эквадоре можно осуществить онлайн – это очень удобно и выгодно по цене. Посвятите первые несколько дней изучению старого города, пока вы полностью не акклиматизируетесь. Цена за сьют – от 620 долларов США.  «Hotel Oro Verde» (00 593 42327 999) – еще один удобный вариант в Гуаякиле, расположенный недалеко от моря. Предоставляется трансфер в аэропорт. Двухместный номер – от 179 долларов США.

Лучшее время для посещения Эквадора:

Прибрежный Гуаякиль – достаточно жаркий город; сезон дождей здесь длится с декабря по апрель. Климат Кито немного прохладней, средняя дневная температура +22 С, часто ночью она падает до +7 С. На Галапагосах выделяют два сезона: с января до июня море спокойное, а погода теплая и влажная, средние дневные температуры — +25 С. Сезон гаруа длится с июля до декабря – в это время погода прохладная и сухая, с преобладанием юго-восточных ветров.

Круизные компании, получившие лицензию на проведение туров вокруг Галапагосов, предлагают вам условия от бюджетных до путешествия класса люкс.  У «M/Y Galapagos Grand Odyssey» есть две сестры: «M/Y Odyssey» и  «Voyager». Расписание варьируется в зависимости от островов, которые вы собираетесь посетить. К примеру, орнитологам может быть интересен остров Геновеза, посещать который лучше всего с апреля до декабря. Эспаньола является местом обитания двух колоний волнистых альбатросов, находящихся под угрозой вымирания.

Что брать с собой на галапагоссы:

«M/Y Galapagos Grand Odyssey» предлагает своим клиентам оборудование для снорклинга и гидрокостюмы. Советуем вам взять с собой легкую ветровку, дождевик, солнцезащитный крем, мокасины, прочную обувь для прогулок по лаве и бинокль, а также наличные в долларах США (официальная валюта Эквадора). Вход в национальный парк обойдется вам в 100 долларов с человека.

Читайте также: